бюро независимых экспертиз


ГЛАВА 12. ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ (продолжение)

Вспоминая свое детство и глядя на подрастающих детей своих знакомых, я уверен: стоит ребенку сесть за компьютер, как тот сразу же приковывает все его внимание. Но мы должны предоставить ребенку такую возможность.

Каждой школе надо обеспечить недорогой доступ к компьютерам, соединенным с информационной магистралью. Нужны и педагоги, свободно владеющие новыми инструментами.

Мы пока не оценили одно из самых замечательных свойств информационной магистрали: достичь в ней равенства гораздо проще, чем в реальном мире.

Ведь чтобы в любой средней школе каждого бедного района была такая же библиотека, как в школах Беверли-Хилс, нужны колоссальные средства. Но соедините школы компьютерной сетью, и они получат одинаковый доступ к информации, где бы она ни хранилась. Равноправие в виртуальном мире непременно поможет решить некоторые социальные проблемы, стоящие перед нашим обществом. Конечно, компьютерные сети не снесут барьеры несправедливости и неравенства, но дадут мощный толчок этому процессу.

Многих интересует вопрос, как оценивать такую интеллектуальную собственность, как развлекательные и образовательные материалы. Экономисты прекрасно разбираются в ценообразовании товаров, произведенных классическим способом. Они могут объяснить, что обоснованные цены непосредственно отражают структуру издержек. Когда на рынке одновременно действуют конкурирующие производители, цены на их продукцию обычно падают до предельной себестоимости. Такова общая тенденция. Но эта модель не годится для интеллектуальной собственности.

Базовый курс экономики описывает кривые спроса и предложения - их пересечение и определяет цену продукта. Но когда речь заходит об интеллектуальной собственности, простая экономика бессильна, поскольку привычные нормы издержек производства здесь не применимы. Создание интеллектуальной собственности обычно требует больших затрат. Эти издержки фиксированны и не зависят от того, продан один ее экземпляр или миллион.

Съемки Джорджем Лукасом (George Lucas) очередной серии Star Wars (Звездные войны) обходятся в миллионы долларов - независимо от того, сколько людей смотрит ее в кинотеатрах.

Ценообразование на интеллектуальную собственность осложняется еще и тем, что сегодня производство одного ее экземпляра (по сути, носителя) обычно обходится сравнительно недорого. Завтра, на информационной магистрали, стоимость доставки копии продукта (приблизительно равная стоимости ее производства) станет еще ниже и будет ежегодно снижаться в соответствии с законом Мура. Приобретая новое лекарство, Вы оплачиваете главным образом затраты фармацевтической фирмы на научные исследования, разработку и испытания этого лекарства. Даже если предельная себестоимость производства каждой таблетки минимальна, фармацевтические фирмы все равно вынуждены брать с Вас гораздо больше, особенно при узком рынке сбыта. Выручка от среднего пациента должна покрыть основную часть затрат на научные исследования и дать при этом достаточную прибыль, чтобы инвесторы, рискнувшие своими деньгами на создание нового лекарства, остались довольны. Когда лекарство закупает бедное государство, перед фармацевтикой встает моральная дилемма: отсрочить (или существенно снизить) плату за передачу патента или лишить эту нищую страну нового лекарства.

Однако в любом случае, раз производитель должен вкладывать деньги в научно-исследовательские работы, кому-то надо платить за лекарство суммы, превышающие его предельную себестоимость. Поэтому цены на медицинские препараты сильно разнятся в разных странах, и от этого страдают малообеспеченные граждане богатых государств - если только их расходы на лекарства не возмещает правительство.

Одно из возможных решений - придумать схему, при которой лекарство, фильм или книга обходятся обеспеченному человеку дороже. Кому-то такой расклад покажется не самым удачным, однако именно так сегодня действует система налогообложения. Через подоходный и другие налоги лица с высокими доходами платят за содержание дорог, школ, армии и государственных учреждений больше, чем рядовой налогоплательщик. В прошлом году, продав часть акций Microsoft, я заплатил в виде налога на прибыль 100 миллионов долларов. Я не жалуюсь, но это пример тому, как одни и те же услуги могут стоить совершенно по-разному.

Плата за доступ к информационной магистрали может быть установлена исходя из политических соображений, без учета реальных затрат. Так, чтобы уравнять в "информационных правах" жителей удаленных районов, придется здорово раскошелиться - в связи с высокой стоимостью прокладки кабелей. Вполне вероятно, что компании не загорятся желанием вкладывать в это деньги, а абонирование за свой счет "географически неравноправным" гражданам будет просто не по карману. Следует ожидать жарких споров и вокруг того, должно ли правительство субсидировать подключение сельских районов или издавать постановления, по которым эта "повинность" ляжет на жителей крупных городов. Прецедент известен - доктрина "универсального обслуживания", разработанная специально для финансирования некоторых коммунальных услуг в сельских районах Соединенных Штатов. Согласно этой доктрине, стоимость почтовой, телефонной связи, а также электроэнергии не зависит от местожительства. Хотя в сельской местности, где дома и предприятия рассредоточены на больших площадях, эти услуги обходятся гораздо дороже, чем в городских районах.

По отношению к доставке газет и приему радио- и телесигналов такая политика не проводилась. Тем не менее эти средства массовой информации вошли в каждый дом, поэтому, очевидно, что в определенных обстоятельствах всеобщий доступ можно обеспечить и без вмешательства властей.

Почтовое ведомство США было учреждено в составе правительства с одной целью: гарантировать действительное равенство всех граждан при обращении к почтовым услугам. Однако службы UPS и Federal xpress могли бы не согласиться с этим, потому как сумели не только охватить большое количество потребителей, но и заработать на этом деньги. Видимо, ожесточенная полемика насчет того, должно ли правительство участвовать в обеспечении всеобщего доступа к информационной магистрали (и если да, то в какой степени), растянется на долгие годы.

Магистраль позволит тем, кто живет в отдаленных уголках, принимать активное участие в жизни большого мира и получать любую информацию. Совмещение деревенского образа жизни с городским информационным сервисом многие сочтут достаточно привлекательным, и поэтому не исключено, что у компаний, обслуживающих сеть, появится стимул провести волоконно-оптические линии в удаленные регионы с высоким уровнем доходов. Весьма вероятно, что некоторые штаты, города и даже частные застройщики станут активно финансировать подключение к магистрали, способствуя таким образом развитию своих регионов. Это приведет к тому, что можно назвать "Аспенизацией" ("Aspenization") страны. Сельские сообщества, заинтересованные в повышении уровня жизни, будут специально подключать своих жителей к магистрали, чтобы привлечь к себе новый класс городской технической элиты. Но в целом города, конечно, подключатся к информационной магистрали раньше сельских районов.

Пересекая границы, магистраль принесет информацию и новые возможности в развивающиеся страны. При дешевой глобальной связи люди, где бы они ни находились, смогут работать в русле мировой экономики. Например, говорящий по-английски кандидат наук из Китая обратится за консультацией к своим коллегам в Лондоне. Интеллектуалам в промышленно развитых государствах грозят в каком-то смысле новые конкуренты - в последнее десятилетие это уже пережили рабочие некоторых отраслей индустрии, когда в западные страны хлынул поток дешевой рабочей силы из развивающихся государств. Тем самым информационная магистраль станет мощной движущей силой международного обмена интеллектуальными товарами и услугами, - как когда-то доставка грузов по воздуху и морские контейнерные перевозки помогли развитию международной торговли.

В итоге мир станет богаче, а значит, и стабильнее. Вероятно, развитые страны и их рабочий потенциал сохранят за собой ощутимое экономическое превосходство. Однако разрыв между сильными и слабыми (экономически) государствами сократится. Запоздалый старт иногда дает определенное преимущество. Он позволяет тем, кто начал позже, не делать лишних шагов и ошибок, допущенных первопроходцами. Эти страны перешагнут через этап индустриализации. Они вступят непосредственно в информационный век. Например, в Европе телевидение появилось на несколько лет позже, чем в США. А результат - более высокое качество телевизионной картинки, поскольку к тому времени, когда Европа выбирала свой стандарт, появились более совершенные разработки. И вот уже несколько десятилетий европейцы наслаждаются более качественным телевизионным изображением.

Телефонные системы - еще один пример того, как запоздалый старт может дать определенное преимущество. В Африке, Китае и других развивающихся странах мира многие жители пользуются сотовыми телефонами. Они быстро распространяются в Азии, Латинской Америке и других подобных государствах, так как не требуют прокладки медных проводов. Многие специалисты предсказывают, что совершенствование технологии сотовой связи позволит этим странам вообще обойтись без традиционных "проводных" телефонных систем. Им не придется рубить миллионы деревьев на телеграфные столбы или тянуть сотни тысяч миль медной проволоки только для того, чтобы потом все это разломать. Беспроводная система станет их первой телефонной сетью.

Совершенные средства связи обещают выровнять различия между государствами и уменьшить значение государственных границ. Факс, портативная видеокамера и CNN (Cable News Network), наряду с другими силами, приблизили крах коммунистических режимов и окончание холодной войны, потому что благодаря им информация легко прорывалась за "железный занавес".

Коммерческое спутниковое телевидение позволяет теперь гражданам таких государств, как Китай и Иран, ловить отблески окружающего мира без санкций своих правительств. Новый вид доступа к информации может сплотить людей, помогая им понять чужие культуры. Однако кое-кто полагает, что, когда бесправные народы узнают о более цивилизованных отношениях, это приведет к разочарованию и, хуже того, к "революции ожиданий". Или так. Информационная магистраль дает своим пользователям огромное преимущество, и из-за этого в отдельных обществах якобы нарушится баланс между традиционным и современным образом жизни. Дескать, некоторые культуры окажутся под угрозой, так как люди начнут больше интересоваться глобальными проблемами и мировыми культурами в ущерб национальному укладу.

"Тот факт, что одна и та же реклама может привлечь и ньюйоркца, и фермера из Айовы, и жителя африканской деревни, еще не значит, что эти люди одинаковы", - критиковал Билл Мак-Киббен (Bill McKibben) проявляющуюся, с его точки зрения, на телевидении тенденцию сглаживать единообразным подходом местное своеобразие. "Просто очевидно, что этих людей связывает очень немногое, и именно то немногое, что у них есть общего, лежит в основе мирового сообщества".

Тем не менее, если люди хотят смотреть рекламу или программу, которую она поддерживает, следует ли их лишать такой возможности? Этот политический вопрос каждой стране придется решать самостоятельно. Однако фильтровать материалы, передаваемые по магистрали, будет весьма нелегко.

У американской массовой культуры оказался такой потенциал, что некоторые государства сейчас пытаются ограничить ее распространение. Они надеются, что местное телевидение выживет, если иностранному разрешить выходить в эфир лишь на несколько часов в неделю. Однако в Европе доступность спутникового и кабельного телевидения затрудняет правительственный контроль. А информационная магистраль вообще разрушит границы, и мировая культура (или отдельные ее ценности и традиции) станет достоянием всех народов. Магистраль поможет и патриотам (даже живущим вдали от исторической родины) обращаться к собратьям по крови или убеждениям. Укрепляя разнообразие культур, этнические сообщества, магистраль в какой-то мере будет противодействовать воцарению единой мировой культуры.

Если люди намеренно сужают круг своих интересов и сторонятся внешнего мира, если штангисты общаются только со штангистами, а латыши читают только латышские газеты, возникает риск утратить что-то из общечеловеческих ценностей и мирового опыта. Подобная ксенофобия может привести к раздроблению общества. Но уверен, этого не случится, потому что люди хотят ощутить свою принадлежность к разным сообществам, в том числе и к мировому. Обычно именно телевидение позволяет всем нам, американцам, вместе переживать какое-нибудь событие национального масштаба - будь то взрыв "Челленджера", розыгрыш Суперкубка, инаугурация президента, военные действия в Персидском заливе или автомобильные гонки. В такие моменты мы едины.

Кроме того, людей беспокоит, что мультимедиа превратится в такой доступный и привлекательный вид досуга, что некоторые будут пользоваться системой слишком часто, в ущерб всему остальному. Действительно, когда виртуальная реальность станет доступна всем, это может вырасти в серьезную проблему.

В один прекрасный день игра в виртуальную реальность позволит Вам зайти в виртуальный бар и переглянуться с какой-нибудь обворожительной незнакомкой. Она заметит Ваш интерес и подойдет, чтобы завязать разговор. Вы очаруете новую подругу своим шармом и остроумием. Возможно, вы оба решите тут же отправиться в Париж. У-ух! И вот Вы уже в Париже, любуетесь витражами Нотр-Дам де Пари. "Вы никогда не катались на 'звездном пароме' (Star Ferry) в Гонконге?" - может быть, спросите Вы у своей красотки, приглашая ее в новое путешествие... Да, виртуальная реальность - штука посильнее любой видеоигры, и можно запросто впасть от нее в зависимость.

Если Вы почувствуете, что слишком часто или слишком надолго уходите в эти - такие заманчивые! - миры, и это начнет вас беспокоить, всегда можно найти "противоядие". Скажите системе: "Какой бы пароль я ни ввел, никогда не давай мне играть больше получаса в день". Небольшой ограничитель избавит вас от привыкания к тому, что стало навязчиво-желанным.

Примерно так же, как если бы Вы наклеили на холодильник парочку снимков толстяков, чтобы отбить свой чрезмерный аппетит.

Ограничители всегда помогут совладать с теми привычками, которые потом вызывают только раскаяние и сожаление. Если кто-то предпочитает проводить свободное время, разглядывая витражи на модели собора Парижской богоматери или болтая в виртуальном баре с искусственным другом, то это его (или ее) право. Сегодня многие подолгу просиживают перед телевизором. Эти зрители только выиграют, если нам удастся заменить пассивные развлечения интерактивными. Честно говоря, меня не очень беспокоит, что люди будут "пропадать" на информационной магистрали. Мне кажется, ситуация будет не страшнее, чем с компьютерными или азартными играми. Ну а тем, кто чересчур увлечется виртуальной реальностью, помогут реабилитационные группы - примерно те же, что сегодня помогают наркоманам и алкоголикам.

Куда больше, чем излишняя склонность отдельных лиц к удовольствиям, меня волнует уязвимость общества, которое может слишком доверчиво во всем полагаться на магистраль.

Эта сеть и машины на базе компьютеров, подключенных к ней, станут для каждого человека новой игровой площадкой, новым рабочим местом, новым учебным классом. Сеть заменит обычные платежные средства. Она поглотит большую часть существующих видов связи. Она будет нашим фотоальбомом, дневником, телевизором. Сила магистрали - в ее гибкости, но это же означает, что мы будем очень сильно от нее зависеть.

Такая зависимость может стать опасна. При отключении электричества в Нью-Йорке в 1965 и 1977 годах миллионы людей несколько часов пребывали в панике. Электроэнергия - это свет, отопление, транспорт и безопасность.

Когда она отключилась, застряли лифты, погасли светофоры, остановились водяные насосы. Город был парализован.

О возможности полного разрушения информационной магистрали стоит побеспокоиться заранее. Однако, благодаря сильной децентрализации системы, случайная авария вряд ли приведет к большим потерям. Если выйдет из строя один сервер, его заменят другим, и данные восстановят. Но система весьма уязвима. С ростом ее авторитета придется все чаще применять принцип избыточности - дублировать все ее важные компоненты. Уязвимость системы отчасти кроется в ее зависимости от криптографии - математических замков, предохраняющих информацию от несанкционированного доступа.

Ни одна из современных защитных систем - будь то замок на рулевом колесе или стальной сейф - не дает гарантий абсолютной надежности. В лучшем случае можно лишь максимально осложнить работу потенциальному взломщику. Вопреки всеобщему убеждению в обратном, безопасность компьютерной информации достаточно высока. Компьютеры способны настолько хорошо защищать свои данные, что даже самым изощренным хакерам нелегко добраться до них, если только кто-нибудь, работающий с этими данными, не допустит ошибку. Именно небрежность чаще всего пробивает брешь в безопасности компьютерных систем. На магистрали вероятность ошибок тоже довольно велика; при этом потоки информации будут куда значительнее. Кто-то распространит цифровые билеты на концерт, а они окажутся поддельными. И всякий раз, когда будет случаться нечто подобное, придется пересматривать не только систему, но, быть может, и законы.

Поскольку неприкосновенность цифровых денег всецело зависит от используемых шифров, любое достижение в математике или компьютерной науке, ниспровергающее очередную криптографическую систему, может обернуться настоящей катастрофой. Одним из таких открытий в математике может стать более эффективный способ разложения простых чисел на множители. Любой человек или организация, владеющие этим способом, смогут подделывать деньги, проникать в личные, коммерческие и государственные тайны, даже подрывать безопасность государств - вот почему систему надо разрабатывать очень тщательно. Наша задача в том, чтобы после краха одной системы шифрования немедленно осуществлялся переход на другую, альтернативную систему. Тут есть над чем поразмыслить, до совершенства пока далеко.

Особенно трудно обеспечить безопасность информации, которую надо хранить в неприкосновенности целое десятилетие, а иногда и дольше.

Большую тревогу вызывает и угроза неприкосновенности личной жизни. О каждом из нас частные компании и правительственные службы уже собрали огромное количество информации, и зачастую мы совершенно не знаем, насколько она верна и как используется. Многие сведения о нас содержат различные переписи. Медицинские карточки, документы на автомашины, библиотечные записи, школьные дневники, судебные протоколы, кредиты, налоговые декларации, финансовые документы, автобиографии и счета позволяют составить о нас и нашей жизни вполне определенное представление. Допустим, Вы часто звоните в магазины, торгующие мотоциклами, и, может быть, интересуетесь их рекламой. Этот факт, по сути, коммерческая информация, которую телефонная компания - теоретически - может продать. Информация о нас постоянно обрабатывается, на ее основе формируют списки для адресной рассылки рекламы (по почте). Некоторые ошибки и злоупотребления в этой сфере уже вынудили принять специальное законодательство, которое регулирует использование подобных баз данных. В Соединенных Штатах каждый имеет право знакомиться с некоторыми видами сведений о себе, а также узнавать (в ряде случаев) о фактах знакомства с этой информацией других лиц.

Пока такие сведения разбросаны по организациям, это в определенной мере гарантирует конфиденциальность Вашей личной жизни, но когда все базы данных содержит единая сеть, компьютеры легко соберут разрозненные фрагменты в одно пухлое досье. И тогда информацию о взятых кредитах можно связать с занимаемой должностью и с записями о торговых операциях, выстроив тем самым абсолютно точную картину всей Вашей деятельности.

С расширением деловой активности на магистрали и увеличением объема хранящейся на ней информации правительствам придется выработать политику, направленную на охрану этих данных. Реализация этой политики ляжет на администраторов сети, которые не должны допустить, чтобы врачи заглядывали в налоговые декларации своих пациентов, чтобы государственные аудиторы читали записи об образовательном уровне налогоплательщиков и чтобы учителя листали медицинские карточки учащихся. Потенциальная проблема - в злоупотреблениях информацией, а не в самом факте ее существования.

Сейчас мы раскрываем наши медицинские карточки перед страховой компанией, которая решает, будет ли она страховать нас на случай смерти. Такие компании могут заинтересоваться и тем, не проводим ли мы время в каких-либо опасных предприятиях вроде полетов на дельтаплане и участия в авторалли, не слишком ли много курим. А имеет ли право страховой агент просматривать записи о наших покупках только затем, чтобы убедиться: ничто не указывает на нашу склонность к рискованному поведению. Можно ли будущему работодателю выяснять, с кем мы общаемся и как развлекаемся, чтобы нарисовать наш психологический портрет? На какую информацию о Вас имеют право власти государства, штата или города? Что может узнавать о Вас человек, сдающий Вам квартиру? К каким сведениям допустить будущего супруга или супругу? Нам придется выработать как юридические, так и практические рамки неприкосновенности личной жизни.

Все эти опасения крутятся вокруг того, может ли один человек завести досье на другого. Но магистраль позволит каждому следить и за собственной деятельностью - вести что-то вроде "задокументированного образа жизни".

Ваш компьютер-бумажник будет фиксировать время и место, вести аудиои (когда-нибудь) видеозаписи всего, что Вы делаете. Он запишет каждое слово, сказанное вами, и каждое слово, сказанное Вам, а также температуру, кровяное и атмосферное давление и множество других данных о Вас и Вашем окружении. Он сможет отслеживать Ваше общение с магистралью: вводимые команды, отправляемые сообщения, кому Вы звоните и кто звонит Вам.

Вряд ли найти лучший источник информации, если Вы хотите вести дневник или писать автобиографию. Если же ни то, ни другое Вам неинтересно, то, по крайней мере, Вы всегда выясните, где и когда сделана та или иная фотография, вставляемая в цифровой семейный фотоальбом.

Сложных технологий здесь не потребуется. Скоро человеческую речь будут сжимать до нескольких тысяч бит цифровой информации в секунду, а это значит, что часовой разговор превратится в 1 мегабайт цифровых данных.

Небольшие кассеты, которые используют для резервного копирования информации с жестких дисков, уже сейчас вмещают по 10 и более гигабайт данных - вполне достаточно, чтобы записать порядка 10000 часов сжатого звука.

Кассеты для нового поколения цифровых видеомагнитофонов смогут хранить более 100 гигабайт, т.е. на единственную ленту стоимостью в несколько долларов удастся записывать все разговоры, которые человек ведет на протяжении десяти лет, а то и всей жизни - в зависимости от того, насколько он разговорчив. Мои расчеты основаны, естественно, на сегодняшних возможностях, а в будущем хранение данных обойдется намного дешевле. Пока мы говорим только о звуке, но через несколько лет встанет вопрос и о записи полноскоростного видео.

Лично меня от перспективы задокументированного образа жизни немного лихорадит, но кого-то эта идея, напротив, согревает. Один из доводов документирование является средством защиты. Карманный компьютер можно рассматривать как машину, создающую алиби, - шифрованные цифровые записи предоставят доказательства против ложных обвинений. Если кто-нибудь в чем-то Вас обвинит, Вы тут же парируете: "Извини, приятель, но моя жизнь задокументирована. Записано все до последнего бита. И я могу подтвердить, что говорил. Так что не шути со мной". С другой стороны, если Вы действительно совершили правонарушение или допустили промах, его уже не удастся скрыть. Любое преступление оставит след. Записи разговоров Ричарда Никсона в Белом доме, а потом и подозрения, что он пытался подменить эти пленки, сыграли определенную роль в его отставке с поста президента. Он решил вести задокументированную политическую жизнь, но прожил ее так, что пожалел о своем решении.

Дело Родни Кинга (Rodney King) продемонстрировало все плюсы и минусы такой улики, как видеозапись. А вскоре каждая полицейская машина, даже каждый полицейский будут вооружены цифровой видеокамерой, отмечающей время и место записи так, что их нельзя подделать. А на записи действий полиции скорее всего настоит общественное мнение. Да и полиция, вероятно, будет "за", чтобы защитить себя от обвинений в жестокости и злоупотреблениях, с одной стороны, и чтобы легче собирать улики - с другой. В некоторых полицейских подразделениях уже сегодня записывают на видеопленку все аресты. Этот вид видеозаписи коснется не только полиции. Страхование от медицинских ошибок можно сделать дешевле или разрешить только тем врачам, которые снимают на видеокамеру весь процесс лечения: от хирургической операции до обычного приема. Автобусные и таксомоторные компании, а также транспортные агентства, очевидно, заинтересованы в добросовестности своих водителей. Уже есть передовые компании, которые установили оборудование, записывающее километраж и среднюю скорость. Я не удивлюсь, если появится предложение оснащать каждый автомобиль, включая наши с Вами, не только записывающим устройством, но и передатчиком, который бы идентифицировал машину и ее местонахождение - номерной знак будущего. В конце концов, ставим же мы сегодня на самолеты "черные ящики".

Если цены на них упадут, почему бы не установить их и в машины? Вот тогда угнанный автомобиль немедленно сообщил бы Вам свое местонахождение. А при попытке лихача скрыться после аварии или наезда судья дал бы санкцию на запрос: "Какие транспортные средства находились в пределах двух кварталов от места происшествия в течение такого-то времени?"


оглавление   гл_1   гл_2   гл_3   гл_4   гл_5   гл_6   гл_7   гл_8   гл_9   гл_10   гл_11   гл_12   послесловие   комментарии


© БНЭ 2001-2010. Наши партнеры: